Объект культурного наследия регионального значения «Фабрика-кухня», Тульская область, г. Тула, Центральный район, площадь Крестовоздвиженская, д. 1, лит. А

Квартал вокруг Тульского кремля, примыкающий к Пятницкой башне, формировался постепенно — от простейших поселений до плотной городской ткани. Его облик складывался под влиянием оборонительных задач, купеческо-мещанского быта и государственных градостроительных реформ.

Объект культурного наследия регионального значения «Фабрика-кухня» расположен на территории Казанской площади. Она была открыта в сторону реки Упы и имела прямоугольную форму размером 100х150 метров. Площадь ограничивалась с одной стороны кремлевской стеной, с другой стороны красную линию образовывала жилая застройка, в короткую сторону – противоположную реке, занимало построенное в классическом стиле здание торговых рядов. В центре площади возвышалась Казанская церковь с колокольней. Площадь представляла собой часть целостной системы открытых пространств вокруг кремля, которая являлась одним из наиболее удачных и оригинальных решений генплана города конца ХVIII века. Её уничтожение в 1928 году было не только потерей двух уникальных памятников русской архитектуры (Казанской церкви и Гостинного двора) но и нанесло существенный урон градостроительной композиции всей центральной части города.

В ХVII- ХVIII веках большую часть Крестовоздвиженской (пл. Челюскинцев) площади занимал обширный погост Казанской церкви. Он имел форму неправильного треугольника. По данным 1685 года его размеры составляли 84х56—633 м. Погост был обнесен каменной стеной высотою свыше четырех метров. Скорее всего, она была построена одновременно с каменной Казанской церковью в конце 40-х годов ХVII века. С этой же стороны был въезд на погост – «святые ворота с калиткою». Между кремлевской стеной и параллельной ей оградой Казанской церкви было расстояние 32,4 м, значительную часть которого занимал ров вдоль северо-западной кремлевской стены. Ближе к погосту проходила улица «что от москательного ряду к Водяным воротам». Вдоль нее между Пятницкими воротами кремля и святыми воротами погоста Казанской церкви стояkи столы, на которых торговали рыбой. Основная часть тульского торга располагалась непосредственно за юго-западной стеной погоста Казанской церкви, примерно там, где сейчас находится Фабрика-кухня. От Пятницких ворот вдоль ограды тянулся москательный ряд, лавки, одной из сторон которого примыкали к ограде. Москательный ряд проходил по территории, которую сейчас занимает двор фабрики-кухни, почти параллельно нынешней ул. Металлистов. Он напрямую соединял Пятницкие ворота кремля и древнюю Никольскую (Пятницкую) улицу.

Торг продолжался частично и вдоль третьей северо-западной стены погоста Казанской церкви. Здесь находился горшечный ряд, а ближе к реке вдоль ограды проходил «переулочек» «от Горшечного ряда на архангельскую улицу», ширина его была всего немногим более 3 метров. Земля за переулочком тоже принадлежала Казанской церкви, на ней располагались дворы притча. С этой стороны был второй въезд на погост – «задние» ворота.

Вдоль обращенной к реке стены ограды Казанской церкви проходила Архангельская улица, известная еще по писцовой книге 1625 г. Свое название она получила по церкви Архистратига Михаила, так называлась до перестройки 1646 года Казанская церковь. Она шла примерно параллельно реке и сливалась со старой Никольской улицей в районе современного дома № 14 по ул. Металлистов.

За Архангельской улицей в сторону реки располагался квартал жилых домов, принадлежавших воротникам. От реки Упы посад был отделен деревянной рубленной стеной, которая примыкала к Наугольной башне Тульского кремля. На берегу Упы недалеко от Наугольной башни стояли деревянные Водяные ворота. Так выглядела территория Казанской (Крестовоздвиженской пл.) площади в 1635 году.

В последующее столетие планировка этого района менялась незначительно. Уже к началу ХVIII века исчезла стена деревянного города вдоль реки Упы. В росписи 1703 года сказано, что ее «разнесло полою водою». Стена в это месте больше не восстанавливалась. На плане Тулы 1779 года каменная ограда Казанской церкви показана только с двух сторон, со стороны Кремля и со стороны реки Упы. На самом торге было к этому времени уже довольно много каменных построек.

Каменное здание Казанской церкви было построено в 1645-46 гг. одновременно с Успенским собором в Кремле. Казанская церковь была первым каменным храмом на тульском посаде. До этого в 1625 г. На ее месте находилась церковь «древена клецки» Архистратига Михаила. Построенное в середине ХVII века здание было заменено новым в первой половине ХIХ века.

С самого начала существования тульского посада у западной стены кремля велась торговля. Эта рыночная площадь к XVIII веку вмещала несколько сот небольших лавок и амбаров. По данным краеведа Сергея Рассаднева, во второй половине XVIII столетия здесь уже существовал деревянный Гостиный двор. В нём останавливались, складировали товар и торговали иногородние купцы.

В 1779 году деревянная постройка была уничтожена пожаром, и в 1780 году строится каменный Гостиный двор. Но и ему довелось простоять чуть более полувека, до страшного пожара 1834 года. Гостиный двор был отстроен заново в классическом стиле. В нём имелись помещения, где купцы могли за плату переночевать и поесть, а также торговые лавки.

Новое здание составило вполне гармоничный ансамбль с возведённым заново после того же пожара Казанским храмом.

Гостиный двор назывался также торговыми рядами. Архитектуру этого здания в своё время высоко оценивал поэт Василий Жуковский. В письмах к своим тульским родственникам и друзьям он спрашивал: «Гуляете ли Вы в Ваших прекрасных Рядах?» Возможно, заходил в Гостиный двор и Николай Гоголь, будучи в нашем городе проездом. Известный краевед и историк Николай Андреев в зарисовке «Нечто о Гоголе» рассказал о своей случайной встрече с писателем. Она произошла днём, в июле 1851 года в «Петербургской ресторации», принадлежавшей купцу 2-й гильдии Василию Мурзину и располагавшейся на месте нынешнего дома № 1 по улице Союзной (то есть в двух шагах от Гостиного двора). Так что Гоголь вполне мог посетить торговые ряды.

После строительства в 1895 - 1897 годах на улице Посольской (ныне Советская) Новых торговых рядов Гостиный двор стали называть Старыми торговыми рядами. Встречалось и наименование «Старый гостиный двор».

В 1928 году Казанскую церковь и Гостинный двор постигла печальная участь. Они были разобраны. Понадобилось место под строительство фабрики-кухни и фабрично-заводского училища (Ф.З.У.). Новая площадь возле кремля получила название площадь Челюскинцев.

В некоторых источниках указано, что в 1934 году Тулу посетили Челюскинцы и в честь них было принято решение назвать это место Площадь Челюскинцев.

Посредине площади, как видно на одном из фото со стороны Кремля, располагалась Крестовоздвиженская церковь, Церковь была снесена в 1933 году, а в 1935 -1936 годах на месте церкви был построен памятник Труду и Обороне. Его авторами стали скульпторы С. Попов и М. Листопад.

Первоначальная композиция включала пять фигур: красноармеец с винтовкой; девушка с поднятой рукой; студент с глобусом; пионер с горном; барабанщица. Все фигуры были выполнены из железобетона и окрашены под бронзу. Постамент с красноармейцем одновременно служил трибуной и был украшен барельефом на тему мирного труда советских граждан, а также цитатой И.В. Сталина: «Мы стоим за мир и отстаиваем дело мира. Но мы не боимся угроз и готовы ответить ударом на удар поджигателей войны». Этот памятник считался уникальным образцом соцреализма и долгое время был одним из символов Тулы. Однако из-за непрочных материалов (фигуры были сделаны из папье-маше с гипсовой облицовкой, а постамент — из кирпича) монумент быстро пришёл в упадок.

К середине 1950-х годов из пяти фигур сохранились только четыре: красноармеец, девушка, студент и пионер.

К 1967 году «человек с ружьем» остался в одиночестве.

Со временем исчезла и цитата Сталина.

Демонтаж памятника состоялся в 1989 году. По одной из версий, причиной стало то, что фигуры из папье-маше начали буквально рассыпаться. Ходили даже разговоры о том, чтобы перелить фигуру в бронзу, но эти планы так и не были реализованы.

После сноса красноармейца постамент долгое время пустовал. Затем городские власти временно установили на него гигантский самовар — один из символов Тулы. Однако и эта инсталляция продержалась недолго.

В 2004 году на этом месте планировали установить памятник Левше, но проект не реализовали.

На основания решения Тульской Городской Думы от 28.06.2006 г. №15/257 Площадь Челюскинцев была переименована в Крестовоздвиженскую. В первом пункте документа написано: «1. Переименовать площадь Челюскинцев в площадь Крестовоздвиженскую в память о разрушенной Крестовоздвиженской церкви, на месте которой возникла площадь.»

В 2018 году, во время реконструкции площади, под бывшим постаментом на глубине около трёх метров были обнаружены захоронения XVIII века. Останки перезахоронили, а на месте бывшего памятника сейчас расположен фонтан.

Превращение Тулы в годы первой пятилетки (1928-1932) в одну из основных металлургических баз Центрального региона страны привело к реальному росту и развитию города. Как следствие, резко возросло промышленное строительство, которое обусловило развитие всей инфраструктуры города: строительство мостов, прокладку новых железнодорожных путей и шоссейных дорог, трамвайных линий, что коренным образом повлияло на планировочную структуру и отразилось на архитектурном облике города.

Новое административное ядро и центральная площадь Челюскинцев (бывшая Крестовоздвиженская) формировались в непосредственной близости от исторического ядра – у стен Тульского кремля. Исторически сложившаяся планировка города продолжала развиваться, подчиняясь сложившейся радиально-дуговой схеме, разветвляясь к периферийной части городских территорий. В каждом рабочем районе – Зареченском, Чулково, Мясново создавалась вся необходимая инфраструктура и новое время требовало новых форм выразительности и новых стилей, характерные именно для СССР.

Первым из них стал конструктивизм, который отличается строгостью, геометризмом, лаконичностью форм и монолитностью внешнего облика, скрытой в простоте сложностью конструкций и архитектурных форм. Проектирование зданий основывалось на научном анализе функционирования сооружений, градостроительных комплексов. Характерные памятники эпохи конструктивизма – фабрики-кухни, дворцы труда, рабочие клубы, дома-коммуны.

Конструктивизм – единственный стиль в архитектуре XX в., придуманный в России. Впервые этот термин употребили в 1920 г. Архитекторы-конструктивисты были уверены в необходимости рационального плана, использования новейших строительных материалов и конструкций, «полезности» вещи. Конструктивизм был популярен в советской архитектуре 1920-30-х гг. Архитекторы-конструктивисты отказывались от «излишества форм» и обилия декоративных элементов. В их проектах главными были функции и назначение здания, а не его внешний вид.

Характерные памятники эпохи конструктивизма – фабрики-кухни, дворцы труда, рабочие клубы, дома-коммуны.

Это было время, когда рождались новые общественные идеи: дома-коммуны, домовые кухни и фабрики-кухни.

Примеры зданий, построенных в стиле конструктивизма в городе Туле.

Одним из первых таких зданий является дом, построенный в 1927-1929 гг., именовавшийся в те времена «дом-гигант» (пр. Ленина, 42) по проекту тульского архитектора Л.В. Дункеля. Дом интересен внутренней планировкой помещений, характерной для жилых домов-коммун. В исходных расчетах для таких домов считалось, что на каждого человека полагается 9 кв. м жилой площади и 3 кв. м площади для общественных целей (общие кухни, ванные и туалеты). Так было положено начало коммунальным квартирам в Туле.

Рис. 1. Дом-коммуна в стиле конструктивизма (д. 42 на углу пр. Ленина и ул. Гоголевской), построенный в 1927-29 гг., фотография 1930-40-е гг.

(ФГБУК «Государственный научно-исследовательский музей архитектуры имени

А.В. Щусева», ГНИМА НФ-ОФ-42/206)

Главная улица Тулы получила свое дальнейшее развитие в 1930-е гг. В это время активно застраивается участок от Первомайской до современного стадиона. Одним из первых был построен дом в стиле конструктивизма с первоначальным адресом: ул. Толстовская Застава (позднее – Коммунаров), д. 122 (позднее некоторое время имел № 90) и современным: пр. Ленина, 68. Он имел название «Дом специалистов», что отражено в документации БТИ не случайно, т.к. с начала 1930‑х гг. получает распространение практика так называемого ведомственного строительства. В нем проживали высокопоставленные сотрудники Тульского Оружейного завода. Он был первым домом, построенным для специалистов, в отличие от второго дома специалистов с современным номером 66, построенного позднее и названного в техническом паспорте БТИ, начатом в 1927 г., «II Дом специалистов», а затем третьего дома специалистов – с современным номером 64.

Рис. 2. Дворец культуры «Серп и Молот». 1929 г.

В 1929 г. в стиле конструктивизма был выстроен Дворец культуры «Серп и Молот». Главный вход в здание решен с угла; ниша с колоннами ведет в вестибюль, над которым находится фойе. Угловой объем здания закруглен. Фасад имеет хорошие пропорции, витражи обеспечивают отличную освещенность, очень интересно решение вестибюля с колоннами, по кругу поддерживающими кольцевую балку. Зрительный зал с балконом вмещает 700 человек и имеет сцену эстрадного типа.

По проекту известного мастера советской архитектуры И. А. Голосова в 1931 г. был построен клуб металлистов, теперь Дворец культуры ордена Трудового Красного Знамени машиностроительного завода им. В. М. Рябикова.

Здание Г-образной формы в плане обладает хорошей взаимосвязью между клубной и зрелищной частями с самостоятельными входами. Зрительный зал с балконом рассчитан на 1120 человек. Зал имеет полноценную сценическую часть с колосниковой коробкой и трюмом. В числе клубных помещений— и спортзал.

Рис. 3. Сентябрь 1932 года. Клуб Металлистов оружейного завода. На переднем плане - водоразборная будка на углу улиц Литейной и Демидовской.

Внешний облик здания предельно прост даже для конструктивистской архитектуры - на глади стен большие проемы окон, которые для клубной части приняты ленточными. Долгое время клуб был самым крупным очагом культуры в городе и местом проведения собраний, концертов и т. д.

Очень интересное архитектурное произведение первой пятилетки в стиле конструктивизма — выстроенный в Заречье хирургический корпус глазной больницы по проекту архитектора Яковлева при непосредственном участии известного врача-общественника Е. Лазарева. Открытие корпуса было приурочено к 16-й годовщине Октября. Автор одним из первых в архитектуре тех лет попытался применить в широких масштабах архитектуру со скульптурой. Над плавной кривой стеклянного витража фасадов расположен широкий барельеф длиной 48 и высотой 2,5 м как монументальный ментальный рассказ на темы Октябрьской революции, гражданской войны и индустриализации страны. Композиции скульптуры и архитектуры сливаются в одно целое — светлый и легкий фасад с колоннами, производящей оптимистическое, радостное впечатление. Ведущим автором и исполнителем этого фриза, одного из примеров воплощения Ленинского плана монументальной пропаганды в Туле, был тульский скульптор С. Попов.

Рис. 4. Фрагмент входа в хирургический корпус глазной больницы (ныне поликлиники). Архит. Яковлев. 1933 г.

В конце 20-х годов ХХ века формируется площадь Челюскинцев - первая площадь советского времени, на которой строятся новые здания в стиле конструктивизма, вызванные потребностями нового общественного строя. Одним из них является школа ФЗУ №1.

П-образное в плане здание имеет объем 49 тыс. м³. В нем размещаются 16 учебных мастерских, 17 учебных кабинетов, две лаборатории, спортивный зал с раздевалками и душевыми, библиотека, столовая, буфет, комнаты быта и общественных организаций.

Рис. 5. Школа ФЗУ № 1 (ныне техническое училище № 4). 1932 г.

Над главным входом на третьем этаже располагается актовый зал, вмещающий 660 человек. Архитектура здания предельно лаконична, торец оживляет типичный для конструктивизма полукруглый стеклянный фонарь лестницы.

Одним из первых на площади Челюскинцев было построено здание фабрики-кухни, принадлежавшей к новым типам комплексных общественных зданий, характерных для первых лет Советской власти и ставшие одним из атрибутов «новой» советской жизни.

Фабрики-кухни воспринимались как новое слово в воспитании человека будущего, который большую часть жизни проводит в коллективе.

Первые столовые появились в Туле задолго до стремления большевиков освободить женщин от положения рабынь кухни. «Даровые», то есть бесплатные столовые были открыты в нескольких домах Тулы в 1879 году по инициативе благотворительного общества «Милосердие». Это общество создали годом раньше преуспевающие горожане, чтобы помогать беднякам и бороться с нищенством. На частные пожертвования в Туле содержались даровые квартиры и странноприимный дом, где ночевали бродяги, Дом трудолюбия, где, как в известном романе Чернышевского, под присмотром демократичных дворянок шили белье безработные тулячки. «Милосердие» помогало нищим деньгами и одеждой, выдавало даже пособия девицам из бедных семей для выхода замуж. Столовые, где барышни из высшего света сами готовили еду и подавали на стол, воспринимались тогда как еще одно благое дело: накормить, хотя бы кашей и хлебом, всех нуждающихся. Одна из таких столовых, например, находилась на территории усадьбы Добрыниных у церкви Владимира на Ржавце (теперь ул. Ленина) и содержалась на пожертвования купцов Александра Петровича и Елизаветы Петровны Добрыниных.

Особый наплыв посетителей тульские столовые ощутили голодным летом 1891 года. Тогда из-за неурожая цены на хлеб взлетели до небес, беднякам по особым свидетельствам от приходских священников в магазинах его отпускали в полцены. Убытки пекарей отчасти компенсировались за счет средств «Милосердия». В столовых общества выстраивались очереди желающих получить кружку кипятка и кусок хлеба.

О столовых в советской России вспомнили во время массовой индустриализации страны, начавшейся в мае 1929 г. после принятия первого пятилетнего плана развития народного хозяйства. Чтобы в предельно короткие сроки выстроить мощную промышленность, требовалось много рабочих. Всех требовалось обеспечить полноценным питанием.

Еще одним девизом, под которым строилось новое общество, было освобождение женщин от тяжкого домашнего труда. Существовал даже популярный плакат «Долой кухонное рабство!».

Рис.6. Популярные плакаты конца 20-х годов ХХ в.

Предполагалось, что со временем домашние кухни отомрут за ненадобностью, а раскрепощенные советские гражданки будут либо вместе с семьями питаться в общественных столовых, либо уж, в крайнем случае, покупать полуфабрикаты или готовые блюда, изготовленные на тех же фабриках-кухнях – разумеется, с соблюдением всех норм по содержанию питательных веществ и под строгим надзором специалистов-технологов.

Была и косвенная цель: обеспечить досуг вне дома, который бы помог уменьшить увлечение рабочих алкоголем. Именно поэтому фабрики-кухни включали в себя не только столовые, куда приходили на обед, но и универмаги, библиотеки и прочие заведения. Ну и конечно, обедом тут подача еды не ограничивалась: здесь можно было питаться утром и вечером, также были столовые для школьников.

Тульские профсоюзы в 1923 и 1924 году атаковали губернские власти, требуя открытия на крупных оборонных предприятиях по примеру Москвы и Ленинграда столовых для рабочих. «На военных заводах большинство рабочих – холостяки, на патронном заводе их 60%, на оружейном – 50%, для них прежде всего и нужна организация общественного питания. Это будет и ударом по частным предпринимателям, и спасет карманы и желудки рабочих», – считали профсоюзные лидеры. Их призыв был услышан. 15 июля 1924 года на Тульском патронном заводе открылась столовая «Красный патронник», через год общепитом мог похвастаться и Тульский оружейный завод. Конфискованные продукты, что поставлялись в Тулу из окрестных деревень, позволяли кормить рабочих практически даром: обед из двух мясных блюд стоил всего 25 копеек, тогда как в любом городском трактире такой же перекус обошелся бы как минимум в рубль. В течение нескольких лет аналогичные столовые были открыты и на других тульских предприятиях, но тут оказалось, что подобный общепит – уже вчерашний день.

Первую фабрику-кухню открыли в 1925 г. в Иваново-Вознесенске (совр. Иванове). Газета «Известия» по этому случаю писала, что появление подобного предприятия является «лучшим показателем нового быта трудящихся и крупнейшим делом по пути раскрепощения женщин». Эксперимент признали удачным: в городе действительно возросла производительность труда, удалось сэкономить топливо и в итоге удешевить продукцию.

Опыт Иваново-Вознесенска переняли во многих городах. Во второй половине 1920-х фабрики-кухни появлялись по всей стране: Нижний Новгород, Тверь, Ростов-на-Дону, Сталинград, Ленинград, Москва… Даже в небольших городах фабрика-кухня становилась гигантом. Так, в Шуе (население в 1926 г. — 35 500 человек) она производила до 6 тыс. обедов ежедневно: половину развозили по столовым, половину ели на месте.

Поначалу для фабрик-кухонь не строили новые здания — приспосабливали старые. Но затем появились проекты специализированных сооружений. Архитекторы играли на контрасте: светлые, просторные залы общепита с высокими потолками и большими окнами противопоставлялись «мещанским закопчённым кухням».

Первое такое здание построили в 1928 г. для московской фабрики-кухни № 1. Она обслуживала 26 столовых и готовила каждый день 24 тыс. обедов. Здание оснастили грузовыми и пассажирскими лифтами, мусоропроводами, санузлами. На плоской крыше обустроили веранду — летом можно было обедать на открытом воздухе.

Рис.7. Как работала фабрика-кухня в СССР. Детский журнал «Чиж», 1930

Через восемь лет только в Москве насчитывалось 25 фабрик-кухонь, они появлялись и в других городах. Например, в Самаре построили здание в виде серпа и молота, ее спроектировала Екатерина Максимова, первая женщина-архитектор в СССР. В «молоте» располагалась кухня, а в «серпе» — столовая, и еда отправлялась из одного помещения в другое на конвейерной ленте. Максимова по-особенному относилась к своему проекту, ведь она считала, что подобные предприятия в будущем освободят прекрасный пол от скучной домашней рутины и откроют им двери в новую жизнь, полную других интересных вещей.

Рис. 8. Проект Максимовой в наши дни

Ожидания Максимовой не особо оправдались: бум строительства фабрик-кухонь спал во второй половине 1930-х годов. Но все же уже построенные здания функционировали, многие вплоть до 1990-х годов. Правда, чаще тут готовили обеды для заводов: при фабриках появились свои собственные столовые, куда и поставлялась еда. Но все же фабрики-кухни частично облегчили жизнь женщинам, так как именно тут начали производить полуфабрикаты, которые стали пользоваться популярностью.

С распадом СССР многие здания перешли в руки частных владельцев, где-то открылись торговые центры. Но с точки зрения архитектуры они уникальны, ведь они воплотили в себе смелые фантазии советских архитекторов

Фабрики-кухни — это уникальные по своему содержанию строения, которых до Советского Союза не было. Это были огромные здания, где располагалась общественная столовая на несколько сотен человек, а также магазины, почтовые отделения, библиотеки и даже спортивные залы. Практически аналог современного торгового центра с массой развлечений и едой, только работающий на нужды советского гражданина.

В конце 1930-х гг. фабрики-кухни уже строились по всей стране. Наконец, в 1928 году было принято решение, что и в Туле появится столь прогрессивное заведение. Изначально оно замышлялось в два этажа и на 500 обедов в день.

Оставалось решить главное – где строить предполагавшееся кухонное чудо. Решили было, что на месте столовой «Октябрь». Где эта столовая была, с точностью сказать трудно. Совершенно точно, что где-то в центре. Но этот проект отвергли – слишком мал оказался двор при столовой, где пришлось бы строить кухню. А при возведении во дворе нового здания создалась теснота, которая не позволила бы своевременно подвозить продукты и вывозить отбросы.

Требовалось место с учетом рациональной постановки работы самой кухни, экономии средств по подвозу пищи в предприятия и создания набольших удобств для посетителей столовой. Тогда определились, что оптимальным решением будет снести старые торговые ряды напротив кремля, а заодно и Казанскую церковь, совершенно не нужные рабочему классу. Для этого даже слегка переделали проект – специалисты считали, что низкое двухэтажное здание внесет диссонанс в облик уже формировавшейся площади.

Общественность, однако, активно предлагала свои варианты. Наиболее развернутый проект представил инженер Пушкин, обративший внимание на то, что фабрика-кухня строится в первую очередь для обслуживания рабочих Первых тульских оружейных заводов – и старого, и нового. Старый, как всем понятно, это старый. А новый – нынешний машиностроительный. Его вплоть до семидесятых годов прошлого века называли – новый оружейный. Замысленная фабрика-кухня, по мнению инженера Пушкина, должна быть так расположена относительно выходов с заводов, чтобы рабочий не тратил лишнего труда и времени на проход от завода до столовой. В этом должна сказаться рационализация выбора места для столовой.

Тогда он предположил, что местом расположения фабрики-кухни и центральной столовой, удовлетворяющим всем поставленным задачам, будет весь строительный квартал между улицей Металлистов и набережной Красных кузнецов, а также между церквами Сретенской и Казанской. Казанская церковь хоть еще и стояла, но набережная уже была Красных кузнецов.

«Мне слышится возражение, что абсурдно предлагать квартал, занятый крупными домами по улице Металлистов, где помещаются общественные учреждения (клуб металлистов, школа фабзавуча), квартиры. И все-таки я имею смелость указать на этот квартал».

На чем же была основана эта смелость? А на том, что, как считал Пушкин, на Металлистов имелись всего два порядочных дома, остальное – труха. И вообще не обязательно сносить все сразу. В первый период постройки должны быть использованы развалины строений в начале квартала со стороны Сретенской церкви и далее вдоль набережной, захватив развалины бывших Сопельниковских бань. «Дома, расположенные по улице Металлистов частью крепкие и значительных размеров, могли бы быть теперь же использованы ЦРК по соглашению с Коммунхозом в их настоящем виде, а некоторые из них перестроены. Таким путем в первый период может быть использована площадь около половины всего квартала, и на месте развалин могут вырасти новые здания, приспособленные к новым требованиям жизни. Дальнейшая площадь квартала будет служить резервом для дальнейшего развития строительства ЦРК». ЦРК – это Центральный рабочий кооператив, то есть организация для обслуживания потребительских нужд рабочего класса.

Инженер Пушкин уточнял, что кирпичное здание бывшей мельницы, по отзывам осведомленных лиц, непрочное, остальные здания незначительны, а к концу квартала, к Казанской церкви, имеется почти незастроенный участок. Таким образом расширение строительства вдоль набережной Красных кузнецов почти не встречает препятствий.

С ним был отчасти согласен некий фотограф Голицын, полагавший, что можно и снести хибары на улице Металлистов, возведя вместо них фабрику-кухню. Правда, для начала рассмотреть предложение построить ее в Заречье, на углу Октябрьской и набережной. Это ведь центр рабочего района и он близок к основной базе снабжения – Ряжскому вокзалу. А еще столовая тогда попадет в район, обслуживаемый канализацией.

Член горсовета Селиванов был уверен, что предложение строить на месте бывших старых рядов неприемлемо. В центре города уже есть хорошая большая столовая «Октябрь», поэтому новую столовую надо продвинуть в центр рабочего района, чтобы рабочему было близко ходить за обедом или обедать. Он считал, что фабрика-кухня должна строиться в Заречье. Это в том числе сократит расход на подвозку продуктов из холодильника Ряжского вокзала и перевозку горячих обедов рабочим на производство.

Но победили те, кто решил пожертвовать торговыми рядами, по которым гулял писатель Гоголь и Казанской церковью, которую посещал император Николай II.

Не посмотрели даже на то, что торговые ряды совсем недавно, в 1926 году, были отремонтированы за казенный счет, и что это памятник архитектуры конца XVIII столетия. В «Коммунаре» их потом пренебрежительно называли «неуклюжие придавленными к земле».

Проект здания разработал архитектор И. Каратыгин по образцу московской фабрики-кухни. В 1931 году оно стало самым крупным зданием в городе.

Стиль постройки - поздний конструктивизм с характерными для него приёмами: железобетонным козырьком над входом, группированием окон в длинные цепочки, угловым окном на ребре здания.

В итоговый утвержденный проект внесли несколько существенных изменений. Прежде всего – здание в три этажа, а не два. По факту же вышло в центральной части четыре этажа. Отпуск готовых обедов столовой при кухне был увеличен по проекту с 500 до 1000 обедов в день, и вся ежедневная производительность кухни определена вместо 10 000 – 12 000 обедов.

Здание строили по последнему слову техники, исходя из опыта, приобретенного постройкой фабрик-кухонь в Москве и Иваново-Вознесенске.

В первом этаже по плану размещались вестибюль, закусочная, кафе, магазин для отпуска полуфабрикатов и обеденный зал на 400 чел. Во втором – обеденный зал, буфет, библиотека, товарный кабинет и товарная лаборатория. В третьем – клуб, кружковые комнаты, фойе, сцена и зрительный зал на 600 чел.

Для обслуживающего персонала предусматривался отдельный ход, комната с душем. Каждый служащий, приходя на работу, мог принять душ, потом переодевался в спецодежду, после чего уже приступал к работе.

В окончательном виде сбылись далеко не все задумки.

По замыслу, в 1928 году строители должны были уложить фундамент, в 1929-м закончить здание вчерне с тем, чтобы зимой заняться внутренней отделкой, а с весны или лета 1930 г. начать работу фабрики-кухни.

Потом запланировали, что окончат стройку к 13-й годовщине Октября, то есть к осени 1930 года. Но опять в сроки не уложились. На завершающем этапе работу вели одиннадцать строительных организаций, которые не считали нужным согласовывать между собой свои действия, и многое то и дело приходилось переделывать. Постоянно чего-то не хватало – электрощита, трансформаторов, варочных котлов, прибора для кипячения горячих напитков и т.д. Единственное, в кирпиче не было недостатка – от разборки торговых рядов и Казанской церкви их получили четыре с половиной миллиона штук.

Строилась фабрика-кухня фактически вручную бригадами рабочих-оружейников и бывших безработных.

Новинкой стало применение нового крана «Пионер». До этого кирпич таскали вручную по лестницам или поднимали на строительных лесах при помощи устройства «коза», крепившегося к стене.

В ходе строительства выяснилось, что для самого производства было отведено очень маленькое помещение, что не дало бы возможности к дальнейшему развертыванию фабрики. В последствии была выполнена пристройка корпуса под производственную часть

В тестовом режиме фабрика-кухня работала уже с начала февраля 1931 года, развозя свежеприготовленные обеды на оружейные заводы. Но официальное открытие состоялось в шесть часов вечера 24 февраля. Присутствовало на нем около тысячи приглашенных, большая часть которых – ударники тульских предприятий.

После официальной части фабрика-кухня угостила присутствующих образцами своей продукции – образцово-показательными обедами.

Само собой, сказали свое слово местные поэты:

«Мы подымаем новую жизнь,

А примусы –

Наши враги –

Мешают нам строить социализм

И тормозят шаги.

В каморках кухонь чад и угар,

Старая жизнь еще не добита.

Фабрика-кухня – это удар

Мощный удар по простейшему быту».

В обращении правления ЦРК – Центрального рабочего кооператива и дирекции по поводу открытия ко всем сотрудникам фабрики-кухни говорилось: «Фабрика-кухня является основным каналом, по которому пойдет выполнение задач, поставленных партией перед кооперацией в деле перехода от мелкого одиночного домашнего хозяйства к крупному, обобществленному. От того, как мы сумеем организовать общественное питание на фабрике-кухне, будет в значительной мере зависеть выполнение производственных планов наших заводов, поднятие реального уровня заработной платы рабочих г. Тулы. Имеющиеся до сих пор на предприятиях общественного питания случаи нарушения трудовой дисциплины должны быть изжиты немедленно со всей решительностью, свойственной пролетариату».

Новое здание действительно моментально стало настоящей гордостью. Ежедневно фабрику посещали три-четыре экскурсии. И любовались они внутренним устройством довольно долго. Так, уже в марте 1933 года «Коммунар» сообщал: «18 марта горсовет ОПГЭ совместно с горжилсоюзом организуют для домохозяек экскурсию по Туле. Экскурсанты посетят хлебозавод, фабрику-кухню, прачечную, музей санпросвета. Экскурс-поход рассчитан на весь день. После экскурсии участники ее получат обед. Запись на экскурсию в горжилсоюзе (коммунальный отдел) у
т. Тисовой и в горсовете ОПГЭ (Дворец труда, ком №13), телефон №12».

В ноябре 1933 года в Туле, в Чулково, открылась вторая фабрика-кухня, но от нее не осталось даже фотографии. В воспоминаниях участников героической обороны Тулы есть упоминание о том, что с чулковской фабрики-кухни на передовую доставлялись обеды в дни осады в 1941 году

На полную мощь тульская фабрика-кухня заработала зимой 1931 года. Ее залы (на фабрике-кухне были несколько залов столовых, ресторан с банкетным залом, магазин кулинарии, пирожковая, кондитерский цех.)
одновременно обслуживали 4500 человек, в сутки выпускалось 19 тысяч обедов. Местные власти требовали еще больших масштабов, а на деле не всегда удавалось справляться и с этими темпами. Да и качество продуктов оставляло желать лучшего. «Коммунар» писал о том, что готовят на этой чудо-кухне из мороженой капусты и картошки. Руководству фабрики пришлось искать новую работу, так как они обещали готовить в день 32 тысячи обедов и обслуживать 6500 человек одновременно.

Тем не менее Фабрика-кухня считалась одной из главных тульских достопримечательностей. Фасады здания отличались строгостью, геометризмом, лаконичностью форм и монолитностью внешнего облика, присущими новому стилю конструктивизма.

Центральный объем выполнен полукруглым, четырехэтажным (пятый этаж – технический). Его криволинейные очертания в какой-то степени пластически перекликаются с круглой формой Спасской башни кремля, выходящей на эту же площадь.

По краям центральный объем ограничен двумя прямоугольными ризалитами, в которых размещены лестницы. Остекление лестничных клеток разделено на отдельные окна, но зрительно воспринимается как широкие вертикальные ленты. Оконные проемы второго, третьего и четвертого этажей также выполнены раздельными, но выглядят как горизонтальные ленты. Завершают композицию фасада пять окон технического этажа.

Над главным входом – типичный для общественных зданий 1920-х и 1930-х железобетонный козырек, зрительно отделяющий первый этаж от прочих.

Боковые крылья – трехэтажные, прямоугольные, с плоскими фасадами, без каких-либо декоративных элементов. Роль последних выполняют окна, частично большие квадратные, а частично узкие прямоугольные; последние сгруппированы попарно, что весьма часто встречалось в архитектуре тех лет.

Своеобразной изюминкой здания были ленточные угловые, без средних перемычек, окна в правом крыле, в той его части, что выходит на Пятницкую башню.

Крыша центрального объема была плоской, боковые крылья были перекрыты более простыми железными двускатными кровлями.

Кстати, когда немецкие войска осаждали Тулу, на фабрике-кухне на площади Челюскинцев, нынешней Крестовоздвиженской, располагались огневые точки — зенитки и пулеметы. Плоская крыша пригодилась.

Здание, выполненное в стиле конструктивизма, по внутренней планировке было исключительно удачно приспособлено для выполнения своей основной функции – столовой.

В подвальном этаже размещались холодильники и продуктовые склады, в полуподвальных помещениях находились хлеборезки и комнаты персонала.

На первом этаже размещались вестибюль, обеденный зал на 400 человек в правом крыле; в левом крыле при открытии здания помещались продовольственный магазин и закусочная, объединенные общим входом. Позднее магазин целиком перешел на торговлю полуфабрикатами, а закусочная была названа кафетерием, и под этим названием существовала до закрытия здания.

Второй этаж правого бокового крыла занимала столовая, где, по отзывам нескольких поколений туляков, блюда были самыми вкусными во всем тульском общепите.

Во втором этаже центрального крыла разместили банкетный зал, который до сих пор тепло вспоминают питомцы тульских вузов – вплоть до закрытия заведения хорошим тоном считалось проводить выпускные банкеты именно здесь. В остальных помещениях располагались буфет, библиотека, товарный кабинет, товарная лаборатория.

На третьем этаже располагались: клуб, кружковые комнаты, фойе, сцена, зрительный зал на 600 человек.

В задней части фабрики размещались: кухня, холодильник для скоропортящихся продуктов, магазин для фруктов, разборочная и мойка овощей, кладовые для овощей и другие подсобные помещения.

Но это была видимая часть айсберга. Невидимую же для обычного посетителя составляли огромная кухня, оборудованная по последнему слову американской техники (кухня обслуживалась двумя плитами и 27 варочными котлами, отопление было пароводяным) и цех полуфабрикатов, поставлявший всевозможные шницели, котлеты и голубцы в заводские столовые. Здесь же пекли вкуснейшие пирожки и прочие плюшки. Цех работал еще и спустя полвека после открытия, в начале 1980-х, отчего вечерами по всей округе, от Кремля до Советской, пахло ванилью и сдобой. Продукты хранились в двух подземных этажах – подвальном и полуподвальном, наверх их поднимали специальными подъемниками.

Было тут и свое учебное заведение – третий этаж левого крыла занимал учебный комбинат работников общественного питания, в который поднимались по узенькой лестнице через неприметную дверь в торце здания.

Кадры для работы готовили, в том числе, в Тулгоррабпо (по адресу: ул. Союзная, 11) и на Тульском учебно-кооперативном комбинате МОСПО. dzen.ru

Война заметно сказалась на состоянии здания, которое пришло в совершенную негодность. Требовался срочный ремонт, на проведение которого просто не было ресурсов. С 1 января 1946 года фабрику-кухню, впервые в своей истории, вообще закрыли. Что не помешало тогдашнему директору фабрики совместно с управляющим трестом столовых якобы продолжать работу. Несмотря на факт закрытия, в январе и феврале 1946 года ими составлялись фиктивные меню, на основе которых выписывались со склада продукты и распределялись между собой и нужными людьми.

С наступлением мирного времени здание постепенно стало возвращаться к жизни.

27 января 1953 г. газета «Коммунар» писала: «При фабрике-кухне № 1 (Тула, пл. Челюскинцев) вновь открыт ресторан первого разряда. В ресторане имеются в широком ассортименте холодные закуски и горячие блюда, кондитерские изделия, большой выбор виноградных вин, минеральных вод и других прохладительных напитков. Играет эстрадный оркестр, имеется бильярд. Ресторан открыт с 1 часа дня до 3-х часов ночи».

В 1955 году на фабрике-кухне было два ресторанных зала, две столовые, чайный бар, кафе, кулинария.

В 1970-80-е годы, когда в Туле работали более 30 общественных столовых, вкуснее всего готовили повара на пл. Челюскинцев. В изготовлении полуфабрикатов фабрика-кухня была лучшей в городе. Располагавшийся здесь ресторан «Упа» являлся одним из самых популярных в Туле.

Планировка фабрики-кухни, решенной в духе конструктивизма, была подчинена функции: просторные, высокие и хорошо освещённые залы, просторный вестибюль. То есть пространство организовывали так, чтобы максимально удобно разместить много людей и наладить поточное обслуживание.

Позже, в послевоенные десятилетия, интерьер фабрики-кухни представлял довольно интересный пример симбиоза архитектурно-стилистических решений, который смог сформироваться за счет сразу трех направлений: авангарда, сталинского ампира, советского модернизма. От последнего в интерьере здания можно было увидеть различные панно и барельефы на тему труда, советской символики, что было характерно для переходного периода от авангарда к более монументальным формам

Фабрика - кухня в 80-е годы работала без выходных дней, с 8 до 23 часов, в шести торговых залах было 714 посадочных мест, шесть доготовочных столовых на 706 мест, девять раздаточных пунктов на 370 мест, восемь буфетов на 184 места, два магазина «Кулинария», три киоска по продаже кондитерских изделий, пять цехов — кондитерский, пирожковый, овощной, кулинарный, мясо-рыбный. Кстати сказать, здесь готовили оригинальные и пользующиеся популярностью по всему городу торты.

С введением сухого закона здесь появился чайный бар, и даже поговаривали об устройстве варьете.

Надписи на фасаде здания периодически менялись. В конце 1950-х его ещё украшали слова «Фабрика-кухня». Чуть позже на крыше установили вывеску «Ресторан «Центральный». Но большинству туляков памятно иное название - ресторан «Упа», а также то, что в ресторане этом были кафельные полы.

Несмотря на то, что в некоторых видах работ - например, в изготовлении полуфабрикатов - фабрика-кухня была монополистом в городе, использовать все имеющиеся помещения просто не хватало ресурсов, поэтому они постепенно занимались организациями, не имеющими никакого отношения к делу общественного питания. Появилась даже небольшая парикмахерская, которую к концу пятидесятых годов, когда начали выселять все посторонние организации, прикрыли одной из первых.

Долгие годы этот общепитовский бастион, возвышавшийся в историческом центре, казался незыблемым.

К середине 80-х годов здание окончательно износилось.

Состояние здания усугубили не только время и годы. Особенности строительства также впоследствии повлияли на его состояние:

- игнорирование особенностей грунта. При проектировании не были учтены характеристики грунта низинной части Тулы, что привело к постоянному необходимости ремонта в поздние годы;

- ручной метод строительства. Здание возводили фактически вручную, что увеличивало риск ошибок и некачественного выполнения работ;

- недостаток ресурсов. На строительство выделялось мало средств, а качество имевшегося кирпича было плохим, не хватало электрощитов, трансформаторов, варочных котлов и других необходимых элементов;

- влияние Великой Отечественной войны. Война заметно ухудшила состояние здания. Требовался срочный ремонт, но на его проведение не было ресурсов. С 1 января 1946 года фабрику-кухню закрыли. Послевоенный период и последующие проблемы обострили ситуацию;

- физический износ. К середине 1980-х годов здание окончательно износилось. В справке для областных властей отмечалось, что «в аварийном состоянии находятся кровля и чердачное перекрытие, физический износ составляет 60 процентов, крыша протекает повсеместно. Из-за ветхости и постоянной течи произошли обвалы в залах, цехах, подсобных помещениях, в бухгалтерии и кулинарном училище. Имел случай травмирования работницы от обвалившейся штукатурки потолка»;

- эксплуатационные проблемы. Зимой в цехах температура доходила до −8 °C, летом наблюдалась постоянная загазованность. Из-за ветхости оконных переплётов не было возможности сдавать предприятие под охранную сигнализацию;

- отсутствие своевременного ремонта. Несмотря на работу фабрики-кухни без выходных, до настоящего ремонта руки не доходили.

Ещё несколько факторов, которые могли повлиять на износ здания фабрики-кухни в Туле:

- несовершенство технологий строительства. Здания в стиле русского авангарда часто возводились без квалифицированных строителей и необходимых материалов, что компенсировалось подручными средствами. Например, наряду с целостными железобетонными конструкциями на фабрике-кухне встречался дореволюционный кирпич, а некоторые перекрытия состояли из рельсов, брёвен, бетона и строительного мусора;

- несогласованность действий строительных организаций. На завершающем этапе строительства работу вели сразу 11 организаций, которые не считали нужным согласовывать между собой свои действия. Из-за этого многое приходилось переделывать;

- использование помещений для организаций, не связанных с общественным питанием. Несмотря на то, что в некоторых видах работ фабрика-кухня была монополистом в городе, использовать все имеющиеся помещения не хватало ресурсов.

Фабрика-кухня видела на своём веку один капремонт в 1959 году и одну масштабную реконструкцию: в 1984 году югославские специалисты по проектам тульского архитектора П.М. Зайцева значительно обновили интерьеры.

Не смотря на обновленные интерьеры здание с годами ветшало, американское оборудование износилось.

В начале 1990-х годов предприятия общественного питания на фабрике-кухне закрылись и стало окончательно ясно, что общепит в эти стены не вернется никогда. Выдвигались различные экстравагантные проекты вроде размещения в бывшей фабрике-кухне экспозиции краеведческого музея, здание которого к тому моменту числилось аварийным. Однако даже самые смелые головы понимали, что столь огромных денег в казне нет и в ближайшее время не предвидится.

В 1996 г. постановлением губернатора Тульской области № 344 от 07.06.1996 г. «О создании условий развития Тульского банка сбербанка РФ и размещении учреждений культуры Тульской области» здание фабрики-кухни было передано в собственность Сберегательному банку РФ по договору мены: «… заключитьдоговор мены и произвести обмен, принадлежавшей администрации Тульской области, части четырехэтажного здания бывшей фабрики-кухни, расположенной по адресу: г. Тула, пл. Челюскинцев,1 на двухэтажное кирпичное здание, находящееся по адресу: г. Тула, ул. Металлистов,10, принадлежащее на праве собственности Сберегательному банку РФ с доплатой Сбербанком 3000000000 (трех миллиардов) рублей администрации Тульской области на реконструкцию здания по ул. Металлистов,10»

В 1997–1998 годах проведена реконструкция с увеличением его площадей и строительных объемов (надстройкой мансарды) с изменением функционального назначения здания под офис Сбербанка.

В результате реконструкции первоначальный конструктивистский облик объекта был частично изменён: скорректированы габариты и ритм оконных проёмов, утрачена историческая плоская крыша, (в том числе возможность использования для технических или общественных функций в первоначальной концепции), утрачены некоторые выступающие объёмы и элементы входной группы, произведена перепланировка внутренних помещений.

В результате здание почти полностью утратило свой конструктивистский облик.

Рис. 9. Фабрика кухня. Начало 2000-х годов. Тула с воздуха

Использованная литература и источники

1. Аннотированный список исторической застройки г. Тулы, т.1 – пояснительная записка. // Москва, 1986;

2. Аннотированный список исторической застройки г. Тулы, т.2, ч.1. – альбом фотографий. // Москва, 1986;

3. Историко- архитектурное обоснование к комплексной программе регенерации исторического ядра г. Тулы, том 5, раздел II. Характеристика исторической застройки центра г. Тулы, часть 4. Кремль, Союзная пл., пл. Челюскинцев, пл. Ленина, Садовый пер., набережная р. Упы // Тула – Москва, 1986 г.

4. Тула. Памятники истории и культуры. Путеводитель.2-е издание // Тула,1973

5. Тула. Центральная часть города. Путеводитель // Тула, 1996 г.

6. Тула. Каменная летопись. В.Н. Уклеин // Тула, 1984 г.

7. Культурное наследие Тульского края // Тула, 2007 г.

8. С.А. Рассаднев Прогулки по улицам Тулы. – Тула: Шар, 1996

9. Тульский край из века в век. Фотокнига // Тула, 2007 г.

10. Гусев С. Тайны тульских улиц. Тула: Дизайн-коллегия, 2013.

11. «Тула ушедшего века» сайт Тульского историко-архитектурного музея https://tiam-tula.ru/proekt-proyavlenie/arkhiv-lidii-korshunovoj/?ysclid=mod3uadjdf901813358#fabrica

12. Тула архитектурная http://professional.tilda.ws›arhitula

13. История. Планы застройки города. vk.com›wall-61403518_3657555

14. Тула в поисках центра tiam-tula.ru›9ga/

15. Советская фабрика-кухня: от расцвета до заката: p_syutkin — ЖЖ p-syutkin.livejournal.com›966881.html